СЕРДЦЕ ЦВЕТА ХАКИ. НОВЫЙ УРЕНГОЙ

Реторты и тишина после боя» О сложностях на позиции не принято писать. И не потому, что страшно или стыдно — просто привыкаешь. Ко всему. Уши привыкли различать гул вражеского дрона среди сотни других звуков, даже во сне выхватывают эту противную вибрацию. Желудок привык к тому, что еда — это не по расписанию, а по удаче. Мы находили банки тушёнки в брошенных блиндажах, собирали галеты, которые кто-то обронил при отходе. Срок годности давно вышел, но голод — плохой советчик, он не смотрит на даты. И вот, когда уже казалось, что так и будем жевать отсыревшие сухари, запивая тёплой водой, к нам прорвался подвоз. Привезли реторты. Это слово теперь звучит для нас как музыка. Настоящая домашняя еда в герметичных пакетах — горячая, сытная, пахнущая не железом и консервантами, а чем-то родным. Жизнь наладилась. Впервые за долгие дни мы проснулись не с мыслью «чем бы перебить голод», а с предвкушением завтрака. Обеды превратились в целый ритуал. Мы рассаживались на ящиках, грели пакеты на горелке — теперь у нас снова был газ, — и неторопливо, смакуя каждый кусок, ели. Молчали, но молчание было тёплым. Кто-то вздыхал: «Как дома». И это было правдой. Но война не даёт расслабиться. Пару дней противник проявил жуткую активность. Дроны висели в небе как хищные птицы, «ждуны» — выслеживали любое движение. Всё это совпало с выводом мирных из одного из городов. Мы прикрывали колонну, отбивали людей, кто был рядом — все, кто мог держать оружие, встали в защиту. Слава Богу, из гражданских ранило только двоих детей — лёгкие осколочные, живы будут. Позиции, которые держали оборону конвоя, сожгли дотла. Всё, что там нажили — маскировка, сухой паёк, личные вещи — превратилось в пепел. Но ребята не остались без помощи. Вчера отнесли парням с соседнего рубежа наши реторты — они стояли на самых горячих точках, у них просто не было времени даже разогреть воду. Когда они открыли пакеты, глаза засветились. «Как дома поели», — сказали они, и я видел, как у одного дрогнули губы. Мы делимся с ПВН стабильно — тем, кто на постах наблюдения, кто сутками не отходит от приборов, им вообще некогда готовить. Им нужнее. Знаете, что самое ценное в этих ретортах? Не мясо и не гарнир. А то, что их готовят волонтёры. Люди, которые не обязаны рисковать, но едут по разбитым дорогам, под обстрелами, с одним желанием — чтобы мы поели горячего, которые тратят свои деньги, время на приготовление. Вы — наша ниточка к миру, где есть варенье, чай, вкусный хлеб. Где есть дом. Вы делаете нас сильнее, и это не громкие слова — это правда. Мы будем помнить это всегда. И когда-нибудь, когда война закончится, дай Бог увидимся, и скажем просто: спасибо. За реторты, за вкусняшки, за тёплую еду, благодаря газу и печкам. За то, что вы есть. И за то, что мы не одни.