Неквантовать!

Беспроводная квантовая связь Лаборатория Брукхейвен (Brookhaven National Laboratory) Минэнерго США и университет Стоуни-Брук запустили первую в стране постоянную беспроводную квантовую линию связи: 19 августа приёмник по имени «Маяк» зафиксировал прибытие запутанных фотонов, отправленных через 21 км открытой атмосферы с передатчика «Наблюдательная вышка». До сих пор квантовые сети строились только по оптоволокну. Разница как между проводной и беспроводной телефонной связью. Это первая «беспроводная» вставка в такую сеть квантовой связи: фотоны в ней летят прямо по воздуху, а не по стеклянной нитке на порядок тоньше человеческого волоса. Технология следующая. Источник рождает не одиночные фотоны, а запутанные пары: один измеряется сразу на месте, второй летит 21 км до приёмника, где тоже измеряется. Эффект квантовой запутанности фотонов дает идентичные результаты этих измерений, то есть идеальный случайный секретный ключ для шифрования, который невозможно перехватить. Дело в том, что любое измерение фотона между меняет его состояние, и следующее измерение дает уже другой результат. Но передать единичный фотон на такое расстояние — непростая инженерная задача. За 21 км световой «импульс» фотона (который, как известно является не только частицей, но и волной) из-за дифракции неизбежно расширяется (до 0,6 метра). Поэтому на приёме стоит телескоп с большим зеркалом, который «накрывает» это расширенное пятно, адаптивная оптика в реальном времени выправляет искажения от атмосферной турбулентности, а затем свет снова фокусируется в точку размером 5 микрон — чтобы попасть в оптоволокно. Есть еще одна проблема с паразитной засветкой — как «поймать» именно тот фотон, что нужно. От этого систему защищают куча фильтров: по цвету (узкая полоса длины волны), по направлению (телескоп смотрит только в свой конус), по времени (детектор «открыт» считанные наносекунды) и по совпадению с «напарником» запутанной пары — если сигналы с двух концов не совпали по времени, событие отбрасывается как шум. Именно эта многослойная фильтрация позволила повторить эксперимент не только ночью, но и днём. Беспроводной участок снимает главное ограничение оптоволоконных сетей — привязку к проложенному кабелю. Сигнал можно направить на движущийся объект, временный узел или спутник без прокладки кабеля, а значит, беспроводная линия — прямой мост к спутниковой квантовой связи и глобальному охвату, а не только в масштабе города или региона. Планы проекта уже расписаны: новая линия достраивает действующую 161-мильную оптоволоконную сеть с 8 узлами на Лонг-Айленде. На территории Йельского университета в Нью-Хейвене построен третий узел, и команда готовится протянуть беспроводную линию длиной 30 миль (48 км) через пролив Лонг-Айленд-Саунд, соединив Нью-Йорк и Коннектикут. Дальше — работа над устойчивостью к турбулентности и, в перспективе, спутниковые линии. Проект финансируют Управление науки Минэнерго США, Национальный научный фонд и нью-йоркская Empire State Development, которая вложила $300 млн в Stony Brook Quantum. Возврат на эти вложения регион рассчитывает получить не напрямую, а через привлечение талантов, инвестиций и будущих коммерческих игроков — банков, оборонных подрядчиков, дата-центров, — которые со временем станут потребителями ультразащищённой связи и распределённых квантовых вычислений поверх этой инфраструктуры. Конкуренция в мире серьёзная, и здесь США скорее догоняют. Китай уже почти десятилетие лидирует именно в квантовой связи: спутник «Мо-цзы» (Micius, 2016 год) и наземная магистраль Пекин-Шанхай образуют крупнейшую в мире действующую сеть — свыше 10 000 км, 145 узлов, 17 провинций и 80 городов; Пекин строит третий спутник и планирует глобальный квантовый сервис к 2027 году. В Европе действует программа EuroQCI с наземными сетями в Румынии и Словакии и спутником Eagle-1 ЕКА. Есть и коммерческие городские сети — например, проект BT и Toshiba в Лондоне. На этом фоне американский проект — это шаг именно в наверстывании отставания США в квантовой связи, где страна традиционно сильнее в вычислениях, чем в передаче данных. @anti_quantum

Quantinuum показала, куда пойдут деньги от IPO Компания Quantinuum выпустила на этой неделе отчет второй квартал, первый после состоявшегося два месяца назад размещения на $1,7 млрд, ставшего первым в квантовой индустрии классическим IPO. И компания не ударила в грязь лицом. Выручка за квартал составила $8 млн — рост на 279% год к году. Компания повысила прогноз выручки на 2026 год до $28–32 млн и заявила о бронированиях уже на сумму около $81 млн с начала года, с ожиданием выйти минимум на $120 млн по итогам года. На счетах у компании после IPO остаётся около $2,1 млрд денежных средств. Акции Quantinuum взлетели почти на 28% в день объявления, но причиной ралли стали не цифры отчетности. Бумага сегодня торгуется с коэффициентом цена/выручка (P/S) в районе 130x к прогнозной годовой выручке, ведь в квантовой отрасли рынок закладывает в цену не текущий бизнес, а ожидания на годы вперёд. Именно залогом такого будущего стало объявленное в тот же день партнёрство Quantinuum с Oracle. По соглашению Quantinuum физически разместит свой 98-кубитный компьютер Helios внутри дата-центра Oracle Cloud Infrastructure в США, и клиенты Oracle получат к нему управляемый облачный доступ наравне с обычными GPU и HPC-мощностями. Для Quantinuum это принципиально новый канал дистрибуции вычислений: не нужно, чтобы клиент сам покупал или обслуживал квантовое железо — достаточно подключиться через уже знакомую инфраструктуру Oracle с её биллингом, безопасностью и governance. Для Oracle это способ закрыть явное отставание: в квантовый облачный рынок компания входит на несколько лет позже конкурентов вроде Microsoft и AWS, и размещение чужого железа прямо в своём ЦОД, а не брокеридж стороннего провайдера — попытка сразу претендовать на глубокую интеграцию, а не догоняющую роль. Гендиректор Quantinuum Раджиб Хазра назвал это возможностью создать «уникально интегрированную среду» для гибридных нагрузок, а исполнительный вице-президент OCI Махеш Тиагараджан был осторожнее, говоря лишь о «практичном и безопасном способе» для разработчиков попробовать квантовые вычисления. Буквально через день после этой сделки Quantinuum объявила о соглашении с тайваньской Quanta Computer — производителем, который входит в список Fortune Global 500 как один из крупнейших контрактных изготовителей серверов и облачной инфраструктуры (именно на её мощностях, среди прочего, собираются серверы для крупных дата-центров ведущих технологических компаний). Компании договорились совместно разрабатывать аппаратную часть будущих поколений систем Quantinuum — Sol и Apollo — чтобы сделать квантовое железо более модульным и пригодным для серийного, а не штучного лабораторного производства. Таким образом Quantinuum показывает инвесторам обе половины своей стратегии — спрос и производственную базу. Если сделка с Oracle отвечает на вопрос, кто купит доступ к уже готовым машинам, то соглашение с Quanta — на вопрос, кто сможет физически производить следующие поколения этих машин в промышленных масштабах. Так что, конечно же, не случайно обе новости вышли в одном пакете с квартальным отчётом. Фундаментом для обеих сделок стал технологический результат, также фигурирующий в отчетности Quantinuum: почти «пять девяток» точности логических кубитов. Физические кубиты квантовых компьютеров ошибаются чаще, чем хотелось бы. Чтобы производить коррекцию ошибок, или «шума», несколько «шумных» физических кубитов объединяют в один более надёжный «логический». У конкурентов Quantinuum на это уходят десятки физических кубитов на один логический. Quantinuum заявила о соотношении 2:1: из 98 физических кубитов получаются 48 логических, а точность вычислений на этих логических кубитах приближается к 99,999%, то есть примерно одна ошибка на 100 тысяч операций. Чем меньше физических кубитов для одного логического, тем компактнее, дешевле и легче тиражируемо получается железо — а значит, именно этот технологический сдвиг делает экономически осмысленными и облачную аренду через Oracle, и массовое производство через Quanta: продавать и штамповать имеет смысл только то, что уже перешагнуло порог полезности. После IPO Quantinuum явно старается предъявить инвесторам целостную картину: технологическое лидерство, канал сбыта и промышленную базу — всё объявлено практически одновременно. Но стоит держать в уме, что обе сделки пока остаются рамочными соглашениями: финансовые условия не раскрыты, конкретные сроки поставок и запуска не названы, а превью облачного сервиса на Oracle Cloud запланировано лишь «в ближайшие месяцы». Читайте «Неквантовать!» в Telegram и Максе!

Квантовые бумаги Пока у стеклянных дверей главного входа журналисты и зеваки ждут прихода ИИ-гигантов — американских и китайских — мимо незамеченными проходят герои будущих биржевых драм. Принято считать, что квантовый компьютер — дело далекого будущего, которое еще неизвестно настанет ли вообще (сплошная квантовая неопределенность), но квантовые компании стоимостью в миллиарды долларов уже торгуются на бирже или готовятся к IPO. Несмотря на то, что ни одна из них не прибыльна, и даже P/S-мультипликаторы (соотношение капитализации и выручки) у них исчисляются сотнями. Так рыночная капитализация у IonQ и только что вышедшей на биржу Quantinuum держатся в районе $16 млрд — это два флагмана сектора. D-Wave оценивается рынком в $7,6 млрд, Rigetti — около $5,6 млрд. Компании, только что вышедшие на биржу держатся скромнее: Infleqtion торгуется на уровне $2,6 млрд, а финская IQM Quantum Computers, только в июле дебютировавшая на Nasdaq через SPAC, — на уровне $2 млрд. Но Китай наступает и тут — и наступает быстро. Более того, первая публичная квантовая компания в мире — китайская QuantumCTek, торгуется на шанхайском STAR Market с 2020 года. Изначально она делала ставку на квантовую связь, но сейчас вычислительный сегмент вырос почти на 112% год к году. Более того, компания впервые принесла чистую прибыль. С января 2025 контролирующим акционером QuantumCTek стала China Telecom, что превратило ее в квазигосударственный актив с гарантированным доступом к госзаказам. Капитализация на конец 2025 года — около 53 млрд юаней (примерно $7,4 млрд). Уже почти на бирже CIQTEK. Это не про квантовые чипы — он производит научные приборы для всей квантовой отрасли (спектрометры, электронные микроскопы, холодильники). Заявка на IPO прошла уже все стадии: одобрение комитета по листингу, регистрацию CSRC и выпуск новых акций — фактически это финишная прямая перед стартом торгов. Компания планирует привлечь 1,17 млрд юаней при оценке около 11,7 млрд юаней (примерно $1,6 млрд). Precilasers (频准激光) — разработчик высокоточных лазеров, применяемых в атомных часах, ионных ловушках и квантовых вычислениях. Это крупнейший игрок китайского рынка с долей около 17%. Выручка компании выросла с 148 млн юаней в 2023 году до 418 млн юаней в 2025-м. Подписка на размещение акций на STAR Market открылась 7 августа по цене 186,88 юаня за акцию. Капитализация перед размещением — 5,6 млрд юаней (примерно $785 млн). Origin Quantum (本源量子) — самый известный из китайских игроков, связанных с квантовыми вычислениями, прямой местный аналог IBM или Rigetti: публичное облако Wukong, недавно представленный 180-кубитный Wukong-180, первый экспорт квантовой вычислительной мощности из Китая. В сентябре 2025 года компания вошла в процесс IPO tutoring на STAR Market, а в июне 2026-го закрыла Pre-IPO раунд почти на 3 млрд юаней при оценке в 21 млрд юаней (примерно $2,9 млрд) — резкий скачок по сравнению с 6,9 млрд юаней годом ранее, отражающий, насколько быстро разогревается китайский квантовый рынок. QBoson (玻色量子) — пекинский игрок с фотонной (оптической) архитектурой и фокусом на специализированных, а не универсальных квантовых вычислениях. В марте 2026 года закрыл B-раунд на 1 млрд юаней, став «единорогом» (оценка свыше 7 млрд юаней или более $1 млрд). В июле добрал ещё несколько сотен миллионов юаней в Pre-IPO раунде и подал документы на IPO tutoring — второй чистый computing-игрок после Origin Quantum, вошедший в этот процесс. TuringQ (图灵量子) — самый молодой и самый быстрорастущий участник гонки со ставкой на фотонную архитектуру на тонкоплёночном ниобате лития и с собственной пилотной линией производства в Уси. За 2026 год привлёк почти 1 млрд юаней, оценка после C-раунда в апреле превысила 7 млрд юаней (примерно $1 млрд). Подал документы на IPO tutoring 5 августа. И все же, стоит предупредить инвесторов: и в США, и в Китае квантовые компании выходят на биржу без прибыли, полагаясь на нарратив «квантового будущего» и государственную поддержку — только в США это Пентагон и Минторг, а в Китае — прямое участие Госсовета через «15-й пятилетний план» и льготный пятый стандарт листинга STAR Market. И не исключено, что до того, как эти компании войдут в лигу триллионеров биржу еще ждет квантовая зима, а может и не одна. @anti_quantum

Первая ВИКК 31 июля закрылась одна из важнейших сделок в квантовой индустрии: IonQ за $1,8 млрд в кэше и акциях купила SkyWater Technology — крупнейшую чисто американскую полупроводниковую фабрику, с заводами в Миннесоте, Флориде и Техасе. В результате на рынке появился первый полностью вертикально интегрированный квантовый концерн (ВИКК) — от дизайна чипа до его физического производства под одной крышей. Первый, но не последний: IBM тоже строит себе фаундри — через дочернюю структуру Anderon и партнёрство с GlobalFoundries, с прицелом на производство сверхпроводниковых кубитных пластин. Но это стройка ещё идёт, а IonQ же уже закрыла сделку и владеет действующим заводом. Сделку, впрочем, объявили еще в январе, полгода ушло на регуляторное одобрение. Дело в том, что SkyWater имеет статус DMEA Category 1A Trusted Foundry — высшую степень аккредитации Пентагона для производителей микроэлектроники, работающих с секретными и чувствительными оборонными заказами. Смена контроля над таким активом — это вопрос национальной безопасности. IonQ, впрочем, для Пентагона — понятный контрагент. У компании уже есть контракт с Агентством по противоракетной обороне США на $151 млрд и подразделение для работы с госзаказчиками. Для такого рода контрактов критично важно, чтобы вся цепочка — от дизайна до готового чипа — оставалась внутри страны. До сделки со SkyWater у IonQ такой полностью домашней цепочки не было: индустрия квантовых компьютеров на ионных ловушках практически целиком зависела от одного зарубежного поставщика чипов — немецкой Infineon, которая производит ловушки едва ли не для всех игроков этого сегмента (кроме Quantinuum с её собственной фабрикой Honeywell). Теперь IonQ получает то, чего не было ни у одного её конкурента: полностью американский, доверенный производственный контур. Любопытно при этом выглядит история с CHIPS Act. В мае Минторг США распределил $2 млрд между девятью квантовыми компаниями, причём семь из них — включая Rigetti, D-Wave и Infleqtion — получили деньги в обмен на прямые доли в капитале. Однако, IonQ, крупнейшего публичного игрока среди компаний с технологией ионных ловушек, в этом списке не оказалось. Рынок был этим заметно удивлён, но официального объяснения от Минторга так и не последовало. Однако, если посмотреть на баланс IonQ, то можно увидеть многомиллиардный запас кэша, действующий контракт на $151 млрд с Пентагоном, и только что закрытую сделку по собственной фабрике. Очевидно, что прямое финансирование от государства с продажей доли этой компании не только не нужно, но местами и вредно. Доля государства в капитале означает размытие акционеров и лишний уровень контроля там, где у IonQ и так всё неплохо с деньгами и заказами. Так что, кажется, IonQ и сама не особенно стремилась в эту программу. Забавно, что хоть и коготочком, но в CHIPS Act компания всё же увязла: ещё в 2024 году, до сделки с IonQ, сама SkyWater получила скромный грант в районе $16 млн на модернизацию завода в Блумингтоне. Но это так, fun fact. Читайте «Неквантовать!» в Telegram и Максе!